Всё больше соискателей на российском рынке труда сталкиваются с пугающим новым трендом — нейронаймом. Сегодня, чтобы поговорить с живым рекрутером, нужно сначала преодолеть препятствие в виде отсеивающего ИИ-бота — а их внедрили уже очень многие российские компании. Особенно пострадал IT-сектор: чтобы найти работу в 2026 году, уже недостаточно быть просто хорошим специалистом. Журналист «Новой вкладки» Сергей Хюгге рассказывает, как устроена эта новая причудливая реальность.
Процесс найма, большая часть которого отдана на откуп искусственному интеллекту. То есть поиск кандидатов, их отбор, первичное общение с ними и оценка выполненного тестового задания происходит с помощью алгоритмов ИИ.
Пельмени как идеальный кандидат
— Подготовил 1 кастрюлю объёмом ~3 л и залил в неё ~2 л воды, не пролив больше 5%
— Довёл воду до 100°C за ~7—10 минут, не отходя от плиты более чем на 2 м
— Добавил ~1 ч. л. соли, опираясь на 20+ лет дегустационного опыта человечества
— Загрузил 20–25 пельменей за 3 секунды, избежав 0 ожогов
— Выполнил 2–3 оборота ложкой для предотвращения 100% возможных прилипаний
— Восстановил активное кипение за ~1 минуту и засёк таймер на 6–7 минут
— Зафиксировал всплытие 95% пельменей как индикатор операционного успеха
— Провёл контрольную дегустацию 1 единицы продукта с вероятностью готовности 99%
— Слил 100% воды, сохранив целостность ≥98% пельменей
— Добавил 10–15 г сливочного масла / 2 ст. л. сметаны — в зависимости от уровня счастья
— Подал блюдо через 0 минут после готовности и достиг уровня удовлетворённости 8/10
Это не рецепт варки пельменей, как можно было подумать, а резюме. Причём идеально подогнанное под алгоритмы нейросетевых эйчаров. Такое описание профиля прошло фильтры и набрало просмотры, а автора даже пригласили на собеседование.
Резюме в марте 2026 года составил российский айтишник под псевдонимом Oscar Lansky. Чтобы показать, как нейросети изменили найм, он спрятал рецепт среди описания опыта и навыков — и это не помешало ему получить одобрение на ряде вакансий.
«Вместо того, чтобы упаковывать реальный опыт, соискатели вынуждены подстраиваться под нейронки, добавляя в резюме что угодно, лишь бы оно имело конверсию. Проблема не только в фильтрах, проблема в самой системе, где ключевые слова важнее смысла», — подытожил Oscar Lansky.
Оказывается, автор пранка хорошо знает ситуацию в найме и со стороны работодателя. Oscar Lansky рассказал «Новой вкладке», что шутка началась с конкретной бизнес-задачи. В компании, где он работает, один из каналов найма не приносил желаемого результата. Откликов было слишком много, и рекрутеры тратили почти всё своё время, чтобы их разобрать. При этом хорошие кандидаты отсеивались нейронкой, потому что их резюме не были адаптированы под алгоритмы. Зато соискатели с нерелевантным опытом проходили благодаря удачно подобранным ключевым словам.
— Чтобы лично убедиться, что система в кризисе, я провёл небольшой эксперимент, — объясняет собеседник «Новой вкладки».
Oscar Lansky самостоятельно прошёл полный «клиентский путь» соискателя, чтобы проверить, как алгоритмы реагируют на разные резюме — и возможно ли победить нейросетевые барьеры на пути к вакансиям, на которые он сам и ведёт отбор. Айтишник создал десять разных резюме, часть из которых составил конкретно под алгоритмы на основе рекомендаций от нейронки, часть сделал «классическими», часть с упором на упаковку собственного опыта, и, наконец, в одном из резюме написал о пельменях. Но это был не просто рецепт: Oscar Lansky специально разместил описание готовки как достижения, а остальные блоки расписал под ИИ-алгоритмы.
— Мне захотелось проверить, смогу ли я «скормить» алгоритмам эти пельмени, обратят ли они внимание на абсурдный текст. Когда получил приглашение на собеседование от робота, я предполагал, что это будет маркетинговая бомба, но не рассчитывал на такой масштаб, — рассказывает Oscar Lansky.
Впрочем, на рынке труда есть и множество других одновременно смешных и страшных историй. Вопросы в стиле «Привлекают ли вас мужчины? А женщины?», просьбы записать видео, заполнить огромные анкеты и предсказуемая тишина после. Всё это уже обыденная часть поиска работы.
«Новая вкладка» внимательно изучила тексты актуальных вакансий на сайте HeadHunter (HH). Действительно, неприкрытые следы использования искусственного интеллекта встречаются буквально в каждом втором тексте. Это и неожиданные эмодзи, и конструкции в стиле «Это не про это, а про то», и странный стиль изложения. Из любопытства мы откликнулись на несколько таких нейровакансий и действительно получили отказы с нечеловеческой скоростью.
Вакансии, текст которых сгенерирован нейросетью на основе нескольких вводных от живого эйчара. Текст подобных вакансий кадровики, как правило, не проверяют и не вычитывают.
«Рынок чувствует наш айтишный страх»
— Такого гостинга, если честно, я не получала никогда в жизни. Фразы «Я помню про вас», «Я дам вам обратную связь» можно теперь вообще не воспринимать всерьёз, — жалуется «Новой вкладке» Анна, middle frontend- разработчик из Санкт-Петербурга. — Всё это пустые слова, как будто бы от вашего бывшего. Если вы особо не интересны, вас просто будут игнорировать. У меня была ситуация, когда переписку HR почистил у обоих, сделав вид, что мы даже не общались по этой вакансии.
Гостинг (от англ. ghost — «призрак») — это резкое прекращение общения или отношений (романтических, дружеских, рабочих) без предупреждения и объяснения причин.
Анна уверена, что рынок труда сейчас очень хаотичен: за короткий период она отметила уже несколько «волн». Так, в начале 2026 года процесс вдруг пошёл хорошо: Анна стала ходить на собеседовани, выполняла тестовые задания. Девушка уже воодушевилась и готовилась выйти на новую работу. Но в начале февраля всё вновь затихло — она перестала получать не только приглашения на собеседования, но даже чёткие отказы. Вакансий стало ещё меньше, предлагаемые зарплаты — ещё ниже, «словно рынок труда почувствовал наш айтишный страх».
Пока Анна не отчаивается и надеется на вариант «спрашивать у знакомых»: «Самое главное — не вешать нос! Правила поиска работы изменились? Мы будем играть по [новым правилам]».
Екатерина Ланенкова, HR-специалист одной из крупных московских компаний, работающей в сфере внешнеэкономической деятельности, подтверждает «Новой вкладке»: сейчас на рынке труда происходят колоссальные изменения:
— Вышло огромное количество специалистов. В итоге дисбаланс, компании сокращают расходы и штат, на одно рабочее место около двадцати кандидатов. Поэтому мы наблюдаем тысячу откликов на одну вакансию, рекрутер с этим не справляется.
Лично Ланенкова в своей работе вообще не использует автоматизированные системы и не размещает вакансии публично, чтобы не утонуть в откликах. Вместо этого она ищет кандидатов точечно с помощью фильтров на карьерных сайтах.
Самое яркое подтверждение окончательного перехода российского рынка труда в состояние «рынка работодателя» — «Индекс hh.ru», самого крупного карьерного сайта в стране. Если в январе 2024 года на одну размещённую вакансию откликалось в среднем около трёх кандидатов, то в феврале 2026 года — уже около десяти.
Что касается других карьерных сайтов, то один из самых популярных в мире — LinkedIn — в России заблокирован с ноября 2016 года. Есть и ряд аналогов HH: например, «Хантфлоу», SuperJob, GeekJob, «Хабр Карьера» и другие. Собеседники «Новой вкладки» отмечают, что при схожих трендах иногда поиск работы на этих сайтах действительно может быть эффективнее, чем на HH.
Основатель B2B-сервиса slsbmb.com Антон Гладков уверен, что рынок труда на самом деле «поломался», в том числе из-за ИИ:
Агентство продаж в сегменте B2B для IТ-стартапов, мультинациональных компаний и венчурных инвесторов
— Это «идеальный шторм». Сейчас инвестиций нет, стартапы сокращают людей, а не нанимают. В корпорациях вроде Facebook, Google, Snapchat (весь Fortune 500) происходят только сокращения. Найм стал «фантомным»: вакансии висят годами, HR проводят собеседования, но никого не нанимают.
Гладков уверяет: с новыми технологиями большие команды не имеют смысла:
— Там, где мне нужно было 80 человек, чтобы заработать два миллиона долларов, сейчас нужны 4 человека, чтобы заработать десять. И из четырёх оставшихся сотрудников я одного увольняю, потому что последние полтора месяца он просто наблюдает за тем, как ИИ делает за него всю работу. Его отчёты одинаковые: «Всё работает идеально». Зачем тогда ему платить?.
Утверждение «ИИ заберёт все наши рабочие места» — это уже не алармизм, а реальность, считает Гладков.
— Мир, конечно, разный. В Сан-Франциско топовые кодеры с зарплатами больше 300 тысяч долларов уже массово записывают ролики, что больше не могут найти работу. Где трудилось 300 человек, теперь нужно 10–20. И это пока меньше 1% предпринимателей реально попробовали пиковые технологии. Страшно представить, что будет через год: когда [о них] узнают 10% или 50%.
«Рынок начало корёжить давно, нейросети — следующий симптом»
Впрочем, пока далеко не все видят в ИИ могильщика традиционного человеческого труда. Data-специалист Алексей Черноусов создал нейроплатформу, которая призвана помочь кандидатам прорваться сквозь ИИ-барьеры и найти офферы на российском рынке труда. По словам Черноусова, платформа анализирует резюме, портфолио и опыт кандидата и рекомендует точечные изменения, чтобы быстро пройти сквозь все фильтры отбора.
Алексей уверен, что проблемы на рынке труда назревали давно:
— Он вообще ломается уже последние два года. Его начало корёжить из-за каких-то событий, а появление нейросетей — следующий симптом. Раньше, на протяжении многих лет, это был «рынок работника» — все к этому привыкли. На рынок вышло огромное количество людей, многие начали хитрить, накручивать опыт — в итоге у HR и тимлидов скопилось запредельное количество резюме.
По мнению Черноусова, компании не могли не начать автоматизацию: вручную просматривать бесконечный поток резюме просто невозможно. Хотя, отмечает data-специалист, вакансии сейчас тоже часто пишутся нейросетями «на пофиг», и описание может вообще не биться с реальностью.
Павел, разработчик из Санкт-Петербурга, говорит, что в IT сейчас «всё очень грустно».
— Иной раз прилетает автоматический отказ — через секунду после отклика. Иногда в открытую пишет чат-бот и проводит дополнительное анкетирование. Искать однозначно сложно, регулярно вижу сообщения в чатах или статьи о том, что люди по три-четыре месяца ищут работу, регулярно откликаются и сталкиваются с тем же, что и я. Никаких минимальных разъяснений, просто отказ, даже при совпадении по стеку, городу и уровню квалификации.
Для начала Павлу пришлось «окончательно принять», что HH больше не работает — искать работу лучше где угодно, но не там. «Изучаю телеграм-каналы с вакансиями, захожу на сайты компаний в поисках контактов HR. Дошло до того, что спрашиваю насчёт рефералок у малознакомых людей из чатов, но это уже от отчаяния. По требованиям, которые озвучиваются в вакансиях, нужны точно не «джуновские» позиции: сейчас все хотят себе мидла по цене джуна.
Возможность действующих сотрудников порекомендовать кандидата на вакансии в компании от своего имени. Кандидату это позволяет пропустить первичный отбор HR и сразу же начать общаться с потенциальным руководителем.
Мидл (от англ. middle — «средний») в IT — это разработчик с опытом работы (обычно 1–3 года), который самостоятельно решает большинство задач, глубоко понимает технологии и требует минимального контроля.
Джун (от англ. junior — «младший») — это начинающий IT-специалист, только входящий в индустрию с минимальным опытом работы или только после обучения.
Графический дизайнер Влада из Ставрополя ищет работу уже полгода. Хотя бы один ответ на десятки откликов — уже большая удача, говорит она:
— Я полагаю, существует множество «невидимых» вакансий, где изначально никого не собирались нанимать. И да, чаще всего не объясняют причину отказа, просто, как по скрипту: «К сожалению, вы нам не подходите».
Суровая неизбежность
Использование ИИ — это не прихоть компаний, а суровая неизбежность, говорит HR-специалист Екатерина Ланенкова.
— Многие внедряют ИИ для генерации описаний вакансий, автоматического поиска резюме, чат-ботов и проведения аналитики. Крупные компании, где открыто более 200 вакансий, не могут без автоматизированных систем. Со стороны бизнеса могу сказать, что из ста откликов на вакансию будет максимум 15, кто подходит под критерии позиции. Отказы мы не объясняем и отправляем автоматический ответ, если кандидат не подходит.
Такие автоматические ответы многих расстраивают.
— При каждом отказе на всем известном сайте у меня возникает один и тот же вопрос: «Почему?» Ответа, к сожалению, нет, — жалуется контент-маркетолог из Новосибирска Валентина. — Многие вакансии максимально релевантны моему опыту. Почему меня даже не приглашают на следующий этап? Возможно, это действительно ATS-системы со странными фильтрами. Возможно, я в себе слишком уверена.
Больше всего Валентину огорчает не сам отказ, а отсутствие обратной связи — непонятно, как корректировать стратегию. По её мнению, самый действенный способ искать работу сейчас — через знакомых и профессиональные связи. Тут доверия больше с обеих сторон: работодателю спокойнее брать человека по рекомендации, а работник лучше понимает, куда идёт и чего ему ждать от фирмы.
— Сейчас на HH очень много вакансий. Но есть ощущение, что компании не ищут сотрудников, а просто выкладывают запросы, чтобы их акции не падали в цене, — размышляет Анастасия, веб-дизайнер из Владимира. — Ты видишь, что тебе скидывают тестовое задание, и понимаешь, что там уже четыре тысячи откликов. Но всё равно делаешь это тестовое, хотя заранее знаешь, что потом тебе даже никто не ответит…
«Под цвет трусов»: от рынка работника к рынку работодателя
Алексей Черноусов, создатель ИИ-платформы для соискателей, подчёркивает: уже сам интерфейс личных кабинетов на карьерных сайтах побуждает работодателей вести себя определённым образом:
— Сейчас фильтры позволяют отсеивать кандидатов очень жёстко, чуть ли не по цвету трусов. Когда пришёл кризис, руководители спокойно сократили штаты на 30% без особых потерь в эффективности, выбросив людей на рынок.
Черноусов отмечает, что сам HeadHunter не особо заинтересован в эффективном мэтчинге:
— Их KPI завязан на количестве просмотров и открытий контактов. Из-за этого рынок становится хаотичным. Компании экономят на размещении вакансий на HH и уходят в Telegram-каналы. Бывают кейсы, когда на HH тебе прилетает автоотказ, а через день в LinkedIn или «Хабр Карьере» та же компания сама зовёт тебя пообщаться. Скорее всего, они просто экономят на ответах внутри платформы.
Сам HH в своей официальной актуальной коммуникации тоже достаточно уверенно констатирует наступление рынка работодателя в России: «Ключевой игрок российского рынка труда: № 1 в России и четвёртый в мире сервис в категории «Работа и карьера». 23,9 откликов и звонков от соискателей в среднем приходится на одну размещённую вакансию. 90% вакансий получают отклики кандидатов. 50+ инструментов и сервисов для решения задач на каждом этапе работы с персоналом. 72% работодателей закрывают актуальные вакансии с помощью hh.ru».
Алексей Черноусов отмечает, что мониторит рынок всегда: «Чтобы быть спокойным, как будто тебя могут уволить завтра. Мой главный инсайт — отклики [на вакансии] работают только тогда, когда их отправляешь сотнями и тысячами. Что касается вакансий-призраков, их держат на случай, если откликнется какой-то уникальный специалист по адекватной цене. Обычным людям там действительно прилетает автоотказ».
Сегодня, уверен Черноусов, для ищущего работу вполне нормально отправлять в районе сотни откликов в день.
— Моя супруга была в шоке, потому что она привыкла изучать каждую компанию перед откликом, но сейчас так нельзя. Нужно сначала откликаться на всё похожее, а разбираться потом. Я сейчас пытаюсь вести проект, который поможет отсеивать «мёртвые» вакансии от «живых», чтобы вернуть то ощущение семилетней давности, когда ты откликаешься и тебе отвечают.
Алексей не исключает, что ситуация на рынке ещё может поменяться:
— Это маятник. Люди набалуются с нейросетями, пара проектов жёстко упадёт и бизнес поймёт, что DevOps и админ должны быть отдельными людьми. Когда закончатся «дорогие» деньги и появятся «дешёвые», снова начнутся новые проекты. Рынок сбалансируется: кто-то уйдёт из профессии, кто-то выгорит. Это просто «новая нормальность». Но тем, кто ищет работу сейчас, конечно, хочется, чтобы это случилось «вчера». Я помогал знакомым с резюме, пробовал автоматизировать отклики [на вакансии] с помощью нейросетей — и это работает.
DevOps-инженер (от англ. development и operations) — это IT-специалист, объединяющий разработку (Dev) и эксплуатацию (Ops) ПО для ускорения выпуска продуктов. Он одновременно глубоко понимает суть разработки, тестирования и администрирования программных продуктов. Благодаря этому считается одной из самых сложных, востребованных и высокооплачиваемых профессий в IT.
Алексей Черноусов признаёт, что хоть поиск работы и стал настоящим челленджем, а рынок сместился в сторону работодателя, но если сильно стараться, работа находится:
— Теперь нужно гораздо сильнее «запариваться» над резюме, иначе оно просто не пройдёт фильтры. Но я проводил тесты: с нормальным резюме и большим количеством откликов приглашения приходят.
Мы обратились за комментариями и в сам HeadHunter, но запрос от «Новой вкладки» компания проигнорировала.
Успех возможен
Есть и те, кто смог пробиться сквозь все ИИ-барьеры и всё-таки получить долгожданный оффер. Но в словах Java-разработчика Константина, которому это удалось, чувствуется усталость. По его мнению, главная причина проблем на рынке труда — лень, неквалифицированность, зависть и озлобленность рекрутеров, а ИИ-инструменты — всего лишь следствие:
— Инструмент нельзя обвинить ни в чём, можно обвинить лишь персонал, использующий этот инструмент по некорректному назначению. У нас в компании рекрутментом занимаются непосредственно сами технические специалисты: таких бесполезных позиций как рекрутер у нас нет.
- Адаптировать резюме и портфолио под требования конкретной вакансии для ИИ-фильтра. Помогут, опять-таки, нейросети: нужно направит запрос к любой популярной модели в стиле «Адаптируй резюме, чтобы оно прошло фильтры для текста вот этой вакансии».
- Не ограничиваться HeadHunter, а искать вакансии через телеграм-каналы, сайты компаний, профессиональные сообщества и альтернативные карьерные сервисы.
- Использовать личные и профессиональные связи, потому что рекомендации и прямые знакомства всё чаще работают лучше обычного отклика.
- Делать очень много откликов и относиться к поиску работы как к полноценной занятости на весь день.
- Не тратить слишком много времени на предварительное изучение каждой позиции. Сначала быстро откликаться на всё более-менее релевантное. Сомнительные варианты можно отсечь уже потом.
- Вести собственную систему учёта откликов, чтобы не запутаться в них.
- По возможности выходить на работодателя напрямую, максимально минуя этап HR.
- Постоянно дорабатывать резюме, портфолио и стратегию поиска по мере получения обратной связи, даже если эта обратная связь косвенная.
- Учиться отличать живые вакансии от формальных и призрачных, чтобы не тратить силы на позиции, по которым никто не собирается никого нанимать.
По словам Константина, ему пришлось «изрядно напрячься», чтобы найти хорошую работу — эта задача была настоящим испытанием на эмоциональную выносливость.
— Если опираться лично на мой опыт — на 99% откликов действительно приходят отказы. Точно не помню, как такие отказы выглядят, но ничего конструктивного в них нет. У меня всего было около пятисот откликов на момент, когда я нашёл работу.
Основатель сервиса SLSBMB.com Антон Гладков по просьбе «Новой вкладки» посчитал экономию от урезания расходов с помощью ИИ максимально откровенно:
— Я вообще не умею писать код, но написал уже более полумиллиона строк работающего кода и зарабатываю этим деньги. Технология не просто заменяет человека, она работает в миллион раз лучше. Я занимаюсь лидогенерацией, рассылками. Раньше человек мог проверять аналитику почтовых ящиков раз в день или в неделю, и то с ошибками. Сейчас машина проверяет у меня аналитику каждые 30 секунд или каждые две минуты 24/7. За последние три недели ИИ в разработке кардинально умнел трижды. Я стал эффективнее не на 30%, а в десятки или сотни тысяч раз. Если мне запретят ИИ, мой бизнес умрёт, потому что конкуренты будут эффективнее.
Гладков убеждён: человеческих профессий, представители которых застрахованы от уничтожения со стороны ИИ, не существует:
— ИИ может вообще абсолютно всё. Ему просто нужно время на тренировку. Если творчество превращается в деньги, оно состоит из набора параметров. ИИ сможет расшифровать вообще всё, любой код и любое творчество. Он поймёт формулу лучше человека, сможет миксовать разные коды и рождать новое.
Автор розыгрыша с пельменями Oscar Lansky настроен более оптимистично, хотя и лично испытал всю глубину бессмысленности нейронайма.
— Не все эйчары слепо доверяют алгоритмам — по крайней мере, мне хочется в это верить. Я не критикую людей, я критикую технологии, которые привели к тому, что рынок превратился в трэш для обеих сторон. Здравомыслящей стороне эйчаров я бы пожал руку за тот титанический труд, который они прикладывают для того, чтобы выполнить бизнес-задачи, которые перед ними ставятся, — говорит Oscar Lansky и добавляет. — Нет уже смысла спорить, кто сломал найм. Это уже неоспоримый факт — найм сломан. И никто пока не собирается его чинить.
